Оспаривание мнимой сделки в банкротстве

Самая важная информация и ответы на вопросы в статье: "Оспаривание мнимой сделки в банкротстве". Актуальность данных для 2020 года вы можете уточнить у дежурного консультанта.

ВС РФ разграничил сделки должника, оспариваемые в деле о банкротстве и в общегражданском порядке

ВС РФ напомнил судам, что заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, предъявляемые другими, помимо арбитражного управляющего, лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности.

Реквизиты судебного акта

ООО «Фирма Строительство и Инвестиции», ООО «КомплексСтрой»

Общество «Фирма Строительство и Инвестиции» (далее — продавец, фирма) и общество «КомплексСтрой» (далее — покупатель, общество) 01.02.2006 заключили договор купли-продажи недвижимого имущества — 1/2 доли нежилого здания общей площадью 1 800 кв. м стоимостью 14 млн руб. и со сроком оплаты в течение 12 месяцев с момента подписания договора.

В июне 2006 г. фирма и общество заключили дополнительное соглашение (далее — дополнительное соглашение) к вышеуказанному договору купли-продажи, в соответствии с которым стоимость недвижимого имущества была изменена и составила 1,5 млн долл. США, а также установлен новый срок оплаты — 48 месяцев с момента подписания договора купли-продажи.

В ноябре 2011 г. гражданин К. — участник общества-покупателя с долей 16,66% в уставном капитале — обратился с заявлением о выходе из состава участников общества и о выплате ему действительной стоимости доли. Однако общество отказалось это сделать. В итоге арбитражный суд в решении от 02.08.2013 по делу № А40-90305/12 взыскал с общества денежные средства по оплате действительной стоимости доли К.

Затем К. обратился с иском о признании недействительным (ничтожным) дополнительного соглашения, заключенного между фирмой и обществом. Он ссылался на то, что оспариваемое дополнительное соглашение фактически было заключено в 2012 г. после его обращения с заявлением о выходе из состава участников и выплате ему действительной стоимости доли, и утверждал, что ответчики, заключив спорное соглашение, не имели намерения его исполнять. Их действительная воля была направлена на уклонение общества от исполнения обязанностей по выплате действительной стоимости доли К. Увеличив цену сделки по отчуждению имущества, ответчики, по мнению истца, злоупотребили своим правом.

Позиция судов

Суд первой инстанции оставил исковые требования К. без рассмотрения на основании п. 4 ч. 1 ст. 148 АПК РФ. Он посчитал требование истца подлежащим рассмотрению в соответствии с п. 1 ст. 126 и п. 1 ст. 134 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) в деле о банкротстве общества. В обоснование данного вывода суд сослался на п. 34 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в котором разъяснено, что с даты принятия судом решения о признании должника банкротом все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства.

При этом суд исходил из того, что требование К. является реестровым. С момента открытия конкурсного производства, в случае признания сделки по передаче должнику недвижимого имущества недействительной, происходит трансформация неденежного требования о возврате имущества покупателем (должником) в денежное требование по возврату стоимости этого имущества. Решение суда первой инстанции поддержали апелляция и кассация.

Позиция ВС РФ

ВС РФ отменил акты нижестоящих судов и отправил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

ВС РФ признал обоснованными доводы кассационной жалобы К. Вслед за кассатором ВС РФ отметил, что нижестоящие инстанции, во-первых, не учли того обстоятельства, что исковое требование о признании недействительным дополнительного соглашения заявлено на основании ст. 166, 168 ГК РФ как сделки, нарушающей требования гражданского законодательства. В связи с чем заявленный К. иск не может быть рассмотрен в деле о банкротстве и подлежит рассмотрению по существу в исковом производстве вне рамок дела о банкротстве общества. Во-вторых, суды неправильно определили требование К. о признании недействительным дополнительного соглашения реестровым. В случае удовлетворения такого требования новых обязательств по уплате денежных средств для должника в деле о банкротстве не возникает.

Как указывал К., иск о признании недействительным дополнительного соглашения заявлен им на основании ст. 166, 168 ГК РФ, а не положений Закона о банкротстве. При этом он обратился в арбитражный суд ранее, чем было подано заявление о признании общества банкротом. Указанным доводам К. о правовых основаниях заявленного им иска о признании дополнительного соглашения недействительным, дате обращения в суд с иском и наличии интереса в оспаривании сделки нижестоящие суды должной оценки не дали.

Кроме того, ВС РФ обратил внимание на то, что поводом для обращения К. с иском по настоящему делу являлось то обстоятельство, что определением арбитражного суда в третью очередь реестра требований кредиторов включено требование кредитора-фирмы — в размере 29 млн руб., как неустойки, начисленной этим лицом на основании оспариваемого К. дополнительного соглашения.

ВС РФ установил стандарт доказывания при оспаривании мнимой сделки общества-банкрота

При рассмотрении дел об оспаривании фиктивных сделок банкрота суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные, как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Реквизиты судебного акта

АО «Российский Сельскохозяйственный банк» Краснодарский региональный филиал

Во исполнение договора купли-продажи от 22.10.2012 ООО «Кондор» поставило ООО «Агра-Кубань» (далее — общество, ответчик) маслосемена подсолнечника на 330 млн руб., которые последнее не оплатило.

Позднее общество и ООО «КПГ» (далее — компания, истец) заключили договор от 02.10.2013 о переводе долга и дополнительное соглашение к нему от 04.10.2013. В соответствии с данными соглашениями компания обязалась оплатить задолженность общества по вышеуказанному договору купли-продажи, включая сумму основного долга, неустойку и штраф. За принятые на себя обязательства должника общество обязалось уплатить компании вознаграждение в размере 330 млн руб., рассрочив платеж до 30.09.2015. При этом стороны предусмотрели, что общество уплачивает компании проценты на остаток от указанной суммы в размере 14,8% годовых. Поставщик — ООО «Кондор» — дал согласие на перевод долга. Впоследствии ООО «Кондор» путем ряда реорганизаций было преобразовано в общество «Рокко», которое прекратило хозяйственную деятельность и было ликвидировано. Невыполнение ООО «Агра-Кубань» условий договора в части оплаты вознаграждения явилось поводом для обращения ООО «КПГ» с иском в арбитражный суд с требованием о взыскании 289 млн руб.

Читайте так же:  Бесплатная юридическая консультация клин

Решением арбитражного суда от 17.03.2015 иск удовлетворен, в том числе и в связи с признанием иска ответчиком. А спустя два месяца определением суда возбуждено дело № А32-16352/2016 о банкротстве ООО «Агра-Кубань». Определениями от 10.02.2017 в третью очередь реестра требований кредиторов общества включены требования компании в размере 1,4 млрд руб., в том числе требования, возникшие на основании решения от 17.03.2015, а также требования АО «Российский сельскохозяйственный банк».

Банк подал на решение суда от 17.03.2015 сначала апелляционную, а затем и кассационную жалобы. Он утверждал, что договор купли-продажи маслосемян носил мнимый характер, а договор о переводе долга — притворный (прикрывал договор дарения). Поставка маслосемян подсолнечника на самом деле не осуществлялась. Компания получила вознаграждение без какого-либо встречного предоставления. В числе прочего банк указывал на отсутствие сведений о технических, организационных и материальных возможностях продавца (ООО «Кондор»), имевшего все признаки «фирмы-однодневки», осуществить поставку столь значительного количества маслосемян.

Позиция судов

Апелляционный и окружной суды, проверив по жалобам банка законность и обоснованность решения от 17.03.2015, не установили признаков мнимости договора поставки и притворности договора перевода долга, в связи с чем оставили судебное решение без изменения. Суды исходили из соответствия исполнительской документации условиям поставки и наличия у общества возможности по перевозке и хранению товара. При этом ими было отмечено, что обязательство общества по выплате компании вознаграждения сохранялось вне зависимости от исполнения последним обязательства по погашению долга за поставку.

Позиция ВС РФ

ВС РФ отменил акты нижестоящих судов и отправил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, руководствуясь следующей логикой.

Вступивший в законную силу судебный акт, подтверждающий обоснованность требований кредитора к должнику, является основанием для вынесения арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника определения о включении этих требований в реестр (п. 3 ст. 4, ст. 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»). Следовательно, решение по настоящему делу фактически предопределяет результат рассмотрения вопроса о включении в реестр требований компании.

В условиях неплатежеспособности должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда судебный спор разыгрывается должником и «дружественным» с ним кредитором с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр и последующего участия в распределении конкурсной массы. Поскольку интересы сторон такого спора совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на решение иных задач.

Активность вступившего в дело конкурирующего кредитора при содействии арбитражного суда позволяет эффективно пресекать формирование фиктивной задолженности и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы. Конкурирующему кредитору достаточно заявить такие доводы или указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые подтверждали бы малую вероятность развития событий таким образом, на котором настаивает истец.

Бремя опровержения этих сомнений лежит на должнике и «дружественном» кредиторе. Последний должен представить доказательства, ясно и убедительно подтверждающие наличие и размер задолженности перед ним и опровергающие разумные возражения кредитора, обжалующего судебный акт. Напротив, предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей кредиторов. Такой кредитор по существу вынужден представлять доказательства, доступ к которым у него отсутствует в силу его невовлеченности в спорные правоотношения, либо подтверждать обстоятельства, которых не было. В то же время доказывание так называемых отрицательных фактов в большинстве случаев либо невозможно, либо крайне затруднительно.

Для уравнивания кредиторов в правах суд в силу ст. 9 АПК РФ должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств. При этом он должен не только проверять формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные, как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

По мнению ВС РФ, в рассматриваемом деле банком были приведены разумные доводы, ставящие под сомнение факт купли-продажи маслосемян. Так, в частности, ВС РФ принял во внимание доводы банка об отсутствии у ООО «Кондор» технических, организационных и материальных ресурсов осуществить поставку столь значительного количества маслосемян; о наличии многочисленных несоответствий между договорными условиями купли-продажи маслосемян и документацией о фактическом исполнении договора, что могло косвенным образом свидетельствовать о фиктивности сделки.

ВС РФ отметил, что апелляция ограничилась лишь констатацией формального соответствия исполнительской документации условиям поставки и наличия у общества возможности по перевозке и хранению товара, не обратив должного внимания на прочие существенные доводы банка. Кроме того, в случае действительности договоров купли-продажи и перевода долга судебной оценке подлежала также обоснованность размера взыскиваемой суммы.

Оспаривание безвозмездной сделки (трехлетний период) с незаинтересованным лицом

Добрый день.
Помогите, пжт, с такой ситуацией.
У должника (юрик) в трехлетний период мнооого банковских перечислений в адрес других юрид.лиц. Документов, подтверждающих обоснованность и возмездность сделок, нет. на лицо вывод активов.
на момент вывода денег признаки банкротства были (были неисполненные обязательства, но не было Решений суда, так что в арбитре не было информации о долгах), встречного удовлетворения нет, но заинтересованность никак не доказать.
возможно ли в этой ситуации оспорить банковские перечисления как недействительные сделки и вернуть деньги в конкурсную массу? или это относится с способу защиты права через взыскание неосновательного обогащения в рамках отдельного искового производства? там, к сожалению, СИскДавн пропущен самим директором

при этом в ст. 61.2 сказано: Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица

Читайте так же:  Условия возврата автомобиля в автосалон

т.е. я так понимаю, что если встречное удовлетворение несоразмерно, то надо доказывать заинтересованность и осведомленность другой стороны, а если сделки вообще безвозмездные — не надо, поскольку порок сделки и так присутствует

при этом в одном деле о банкротстве судья намерен удовлетворить 5 таких заявлений, а в другом деле другой судья говорит об отсутствии доказательств осведомленности/заинтересованности

А Вы как считаете?

Пользователь

т.е. Вы считаете, что если безвозмездность, то не надо заинтересованность и осведомленность доказывать?

но суды ссылаются на общие требования необходимости доказывания всей совокупности из трех условий:

п.5 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»
В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

[1]

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления)

Я даже в консультанте не нашла ни одного решения, где безвозмездные сделки отменяли в отношении незаинтересованного лица

Есть еще такие тезисы
В соответствии с п. 2.3.1 Информационного письма ФНС от 29 июня 2017 г. N СА-4-18/12520 «О направлении обзора судебных актов», Покупатель, приобретая имущество за почти символическую цену, не мог не осознавать того, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов. В обзоре содержится разъяснение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации (Определением от 22.12.2016 N 308-ЭС16-11018) в части того, что отчуждение не имеющего недостатков имущества по цене, заниженной многократно, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Покупатель не мог не осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации недвижимости

здесь как раз дается разъяснение об осведомленности второй стороны сделки, если цена неравноценная

но понимания у суда я не нахожу

может, у кого практика есть по оспариванию безвозмездных сделок с незаинтересованными лицами в трехлетний период?

Пользователь

Как сделку НО можно взыскать только в случае, если есть вред кредиторам, неплатежеспособность и т.д.
В моём приведенном примере мы ссылались на всё это + указывали, что Ответчик был фирмой-однодневкой без ресурсов для исполнения обязательства и проч.
Суд указал: «Таким образом, действия сторон по спорной сделке были направлены фактически на безвозмездный вывод активов должника в предверии банкротства, что направлено на причинение вреда кредиторам должника. Судом также принято во внимание, что ООО создано 14.07.2014, а первое перечисление денежных средств произведено должником 08.08.2014, т.е. практически после создания юридического лица, что также свидетельствует о намерении вывода денежных средств. Кроме того, судом принято во внимание то обстоятельство, что в момент совершения сделки имелась задолженность перед иными кредиторами. «.

Почему и говорю о том, что сделкой сложнее.

Но и НО непредсказуемо. Часть судей взыскивает, другая часть — категорически нет.
Мы сейчас при взыскании НО всегда на книги продаж/покупок ссылаемся, на возможность/невозможность Ответчика предоставить встречное исполнение и проч. Используем речевые обороты налоговой))) И про массовые адреса, и про заблокированные счета, и про номинальных руководителей.

Пользователь

В моей голове в конструкции п 2 ст. 61.2 безвозмездность имеет значение для пп. а и пп. б .5 Постановления № 63, т.е. для доказывания обстоятельств того, что:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

На это прямо указано в самой п.2 ст. 61.2:
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если
1) на момент совершения сделки . есть неплатежеспособность/ недостаточность
и
2) сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

А вот уже по пп «в» о том, что «другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели», уже просто на безвозмездности не пройдет, как мне кажется.
Здесь нам говорят, что надо доказать, что сторона сделки: 1) есть заинтересованное лицо либо 2) знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо 3) знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности.

Видео (кликните для воспроизведения).

Виктория! подвязывает, как я понимаю, безвозмездность к второму обстоятельству. Что при безвозмездности сторона априори должна знать об ущемлении интересов. Только вот об ущемлении чьих интересов априори знает другая сторона? Кредиторов, как говорит Пленум 63, или самого должника?

Как мне кажется, что при таком раскладе сторона сделки априори знает о нарушении интересов самого должника. Так как о наличии кредиторов сторона может и не знать.

Я в такой ситуации добавляю правовое обоснование требований пунктом 2 ст. 174 ГК и великой 10 ГК.
«В силу п. 2 ст. 174 ГК РФ сделка, совершенная . органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана недействительной . если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица . В п. 93 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. № 25 указано, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, . другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения«

Но такая конструкция работает только в том случае, если не было промежуточных директоров, т.е. сразу после накосячившего директора был утвержден КУ. Иначе будет пропуск срока исковой давности.

В моей голове в конструкции п 2 ст. 61.2 безвозмездность имеет значение для пп. а и пп. б .5 Постановления № 63, т.е. для доказывания обстоятельств того, что:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Читайте так же:  После полковника какое звание в полиции

На это прямо указано в самой п.2 ст. 61.2:
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если
1) на момент совершения сделки . есть неплатежеспособность/ недостаточность
и
2) сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

А вот уже по пп «в» о том, что «другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели», уже просто на безвозмездности не пройдет, как мне кажется.
Здесь нам говорят, что надо доказать, что сторона сделки: 1) есть заинтересованное лицо либо 2) знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо 3) знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности.

Виктория! подвязывает, как я понимаю, безвозмездность к второму обстоятельству. Что при безвозмездности сторона априори должна знать об ущемлении интересов. Только вот об ущемлении чьих интересов априори знает другая сторона? Кредиторов, как говорит Пленум 63, или самого должника?

Как мне кажется, что при таком раскладе сторона сделки априори знает о нарушении интересов самого должника. Так как о наличии кредиторов сторона может и не знать.

Я в такой ситуации добавляю правовое обоснование требований пунктом 2 ст. 174 ГК и великой 10 ГК.
«В силу п. 2 ст. 174 ГК РФ сделка, совершенная . органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана недействительной . если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица . В п. 93 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. № 25 указано, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, . другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения«

Но такая конструкция работает только в том случае, если не было промежуточных директоров, т.е. сразу после накосячившего директора был утвержден КУ. Иначе будет пропуск срока исковой давности.

ВС РФ разобрался со стандартом доказывания при оспаривании мнимой сделки кредитором одной из ее сторон

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. Наличие в материалах дела товарных накладных, факт перехода права собственности на недвижимое имущество не являются безусловными обстоятельствами, исключающими фиктивность купли-продажи.

[3]

Реквизиты судебного акта

ООО «Торгово-промышленная компания „Кубань“»

АО «Российский сельскохозяйственный банк»

ООО «Торгово-промышленная компания „Кубань“» (далее — истец) и ООО «Агра-Кубань» (далее — ответчик) заключили ряд договоров, на основании которых истцом (продавцом) были отчуждены в пользу ответчика (покупателя) товар и имущество:

подсолнечник по договору от 08.04.2014, задолженность составила 197 млн руб.;

жмых подсолнечный по договору от 10.06.2014, оплачено по договору 8,9 млн руб., задолженность составила 57,7 млн руб.;

масло подсолнечное нерафинированное первого сорта по договору от 07.07.2014, задолженность составила 46,8 млн руб.;

жмых подсолнечный по договору от 10.09.2014, задолженность составила 21,4 млн руб.;

земельный участок площадью 70 000 кв. м по договору от 29.09.2014 (зарегистрирован 08.10.2014), задолженность составила 8 млн руб.

Согласно первичным документам, актам взаимосверок и взаиморасчетов задолженность ответчика перед истцом по вышеперечисленным договорам составила около 331 млн руб. Ответчик своих обязательств по оплате не исполнил. Истец обратился в суд с иском о взыскании задолженности по договорам поставки и купли-продажи земельного участка. Суд удовлетворил данное требование. С апелляционной жалобой на данное решение обратился банк — кредитор в деле о банкротстве ответчика. Банк ссылался на мнимый характер заключенных между сторонами договоров, то есть на их совершение лишь для вида, без намерений создать соответствующие правовые последствия

[2]

Позиция судов

Удовлетворяя исковое требование, суд первой инстанции исходил из того, что в материалах дела имеются доказательства исполнения истцом своих обязательств по передаче и поставке товара, в то время как ответчик не представил доказательств оплаты данного товара. Апелляция и первая кассация поддержали данное решение. При этом они отклонили доводы банка о мнимости заключенных договоров. По мнению суда апелляционной инстанции и суда округа, реальность сделок подтверждает факт частичной оплаты по некоторым из договоров, товарные накладные, отражение кредиторской задолженности в бухгалтерской отчетности ответчика и регистрация в реестре перехода права собственности.

Позиция ВС РФ

ВС РФ отменил решения нижестоящих судов и передал дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Коллегия ВС РФ придала определяющее значение тому обстоятельству, что ответчик находится в банкротстве и решение по данному делу фактически предопределяло результат рассмотрения вопроса о включении требований истца в реестр требований кредиторов ответчика. В такой ситуации суду апелляционной инстанции необходимо было руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. Суд мог удовлетворить требования истца только при предоставлении им доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения кредитора, обжалующего судебный акт. Данный вывод ВС РФ подкрепил ссылками на свои определения от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3).

По мнению ВС РФ, нижестоящим судам следовало более внимательно подойти к анализу доводов апеллянта, указавшего на мнимость заключенных между сторонами договоров. Банк отмечал, что согласно имеющимся доказательствам в короткий срок был поставлен большой объем маслосемян подсолнечника, жмыха и масла, в то время как истец не занимался деятельностью по выращиванию и производству поставленной продукции. Согласно накладным поставка была осуществлена по адресу, где фактически находится бизнес-центр. Складские, производственные и иные промышленные помещения, позволяющие отгружать поставленную продукцию в заявленных объемах, отсутствуют. У истца отсутствовала экономическая возможность по покупке, размещению и дальнейшему распоряжению такой партией товара. Ответчик не отражал наличие соответствующей задолженности в своей финансовой отчетности. Несмотря на регистрацию перехода права собственности на участок, фактически пользоваться данным участком продолжал истец, и т.д.

Читайте так же:  Выписка из егрн по инн юридического лица

Заявление подобных возражений обязывало суд апелляционной инстанции потребовать от истца дополнительных пояснений в опровержение позиции банка. Вместо этого суд апелляционной инстанции указал, что возражение о мнимости опровергается наличием частичной оплаты по договорам, товарными накладными и иными представленными истцом документами. Однако судом не было учтено, что характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

В связи с этим наличие в материалах дела товарных накладных являлось, по мнению ВС РФ, недостаточным для опровержения аргумента банка о мнимости поставок. Равным образом сам по себе переход права собственности на недвижимое имущество также не является безусловным обстоятельством, исключающим фиктивность купли-продажи.

Суду апелляционной инстанции следовало по существу проверить возражения банка о фиктивности договоров, положенных в основание требования, в том числе при необходимости путем исследования всей производственной цепочки и закупочных взаимоотношений с третьими лицами, а также экономической целесообразности заключения этих сделок.

Более того, банк отмечал, что истец с ответчиком аффилированы между собой, так как входят в одну группу компаний «Агра-Кубань». Отклоняя названный довод, суд апелляционной инстанции указал, что у сторон спора отсутствуют связи, предусмотренные ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.91 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». Вместе с тем судом не учтено, что согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами. Если стороны действительно являются аффилированными, к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой истец должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга.

Может ли кредитор оспорить следку о продаже имущества должником?

Может ли кредитор оспорить продажу имущества должником? Да, может, как в общем порядке, так и в процессе процедуры банкротства. Далее подробнее.

Между обнаружением кредитором неспособности или нежелания должника погашать свои обязательства и началом процедуры судебного взыскания долга, как правило, проходит достаточно большой срок. В этот период кредиторы тратят время на ожидания и уговоры, рассылку писем и направление претензий. А должники очень часто используют ситуацию на то, чтобы максимально обезопасить свои имущественные активы от ареста и последующей реализации с торгов. Время играет на пользу последним, и с точки зрения закона они имеют полное право распоряжаться своим имуществом как угодно, пока на это не наложен официальный запрет. В результате к моменту вынесения решения об аресте активов в целях обеспечения исполнения судебного акта по иску о взыскании долга от ранее находившегося в собственности должника имущества может не остаться ничего особо ценного. В целях защиты прав кредиторов законодательство предусматривает их право на оспаривание сделок с имуществом должника, осуществленных в преддверии, в процессе судебного разбирательства или после, но до ареста активов.

Для оспаривания сделок по продаже имущества в зависимости от ситуации используются:

  1. Общий порядок оспаривания (признания недействительными) сделок, предусмотренный гражданским правом.
  2. Порядок оспаривания сделок, предусмотренный законодательством о банкротстве. Здесь применяются специальные нормы, и процедура имеет целый ряд особенностей.

Оспаривание сделок купли-продажи по общим нормам гражданского права

Применение гражданского права для оспаривания сделок по продаже имущества – универсальный способ вернуть активы в собственность должника, а значит, впоследствии принять меры для их ареста. Срок исковой давности – 3 года.

По общему правилу, любая сделка может быть оспорена одной из ее сторон. Оснований для этого много. Однако для того, что право признать сделку недействительной появилось у кредитора, который, по сути, не имеет к ней никакого отношения, требуется, чтобы сделкой или ее результатами (последствиями) были нарушены охраняемые законом интересы кредитора. И вот здесь могут возникнуть проблемы. Поэтому стандартно используется вариант оспаривания по основанию мнимости сделки, то есть ее совершения без намерения создать юридические последствия, для вида. Такие сделки фиктивны, а с точки зрения гражданского права – ничтожны. И в этом случае от кредитора не требуется доказывать, что сделкой нарушены его права, поскольку сделка незаконна по своей природе.

Несмотря на популярность среди кредиторов основания мнимости сделки, далеко не всегда судебный процесс заканчивается успешно. Необходимость доказать фиктивность купли-продажи лежит на истце, а если должник и привлеченный им покупатель оформили все юридически грамотно, признать сделку недействительной практически невозможно. Часто единственный шанс сделать это – провести серьезную аналитическую работу, собрать внушительную доказательственную базу и воспользоваться допущенными продавцом и покупателем ошибками.

Что помогает убедить суд в мнимости сделки:

  1. Договор между родственниками, друзьями, хорошими знакомыми.
  2. Несоразмерность цены сделки с рыночной стоимостью имущества.
  3. Несоответствие уровня доходов, в целом финансового положения покупателя со стоимостью якобы приобретенного им в собственность имущества.
  4. Отсутствие доказательств, подтверждающих факт финансовых расчетов между сторонами сделки, либо, напротив, наличие доказательств, что таких расчетов не было.
  5. Получение продавцом денег, но отсутствие хотя бы частичного погашения долга за счет вырученных от сделки средств.
  6. Имущество продолжает находится во владении и пользовании продавца, например, он продолжает жить в якобы проданной квартире, не снимается с регистрации, или использует, как и ранее, проданный автомобиль.
  7. Покупатель не принимает никаких мер, чтобы использовать приобретенное имущество в своих целях, являясь фактически только номинальным собственником.

В идеале кредитором должна быть представлена и доказана совокупность вышеперечисленных обстоятельств. Более того, нередко требуется доказывать, что сделка была не просто мнимой, а направленной на сокрытие имущества от возможного обращения на него взыскания. Но даже это не гарантирует на 100% положительных исход судебного дела. Надо сказать, что все указанные факторы, отрицательно влияющие на правовую оценку сделки, хорошо знакомы очень многим должникам. И если они сознательно идут на сокрытие своего имущества, то наверняка предварительно изучать все нюансы сделки, а еще лучше – воспользуются ее юридическим сопровождением. И тут шансы на выигрыш в суде снижаются до нуля. Поэтому оспаривание сделок должника с имуществом в рамках обычного гражданского дела – не самый лучший вариант. Его нельзя полностью сбрасывать со счетов, требуется тщательный анализ. Но в делах о банкротстве оспаривать сделки должников более эффективно, и суды чаще встают на сторону кредиторов.

Читайте так же:  План переселения по программе реновации

Оспаривание купли-продажи имущества в рамках процедуры банкротства

Законодательство о банкротстве позволяет оспорить практически любые сделки. Главный фактор здесь – их подозрительность, а не какие-то очевидные нарушения закона.

Ключевыми основаниями недействительности купли-продажи могут служить:

  1. Осуществление сделки в течение года до или после принятия арбитражем заявления о банкротстве в случае несоразмерности цены сделки и рыночной стоимости имущества. Проще говоря, если имущество было продано по слишком низкой цене, которая не соответствует ни рыночной стоимости, ни другим сделкам купли-продажи аналогичного имущества, совершенных при схожих условиях и обстоятельствах.
  2. Продажа имущества в течение 3 лет до или после принятия арбитражем заявления о банкротстве в случае, если целью сделки было причинение вреда имущественным правам кредитора, покупатель об этом знал, был заинтересованным лицом или знал о финансовых проблемах продавца и такой вред наступил. О цели причинения вреда правам кредитора по умолчанию свидетельствуют, например, безвозмездный характер сделки, наличие у должника финансовых проблем, отвечающих признакам банкротства, на момент купли-продажи имущества либо образовавшихся в результате сделки, сохранение проданного имущества в пользовании (владении) продавца.

Оспаривание продажи должником имущества в рамках дела о банкротстве – более гибкая процедура. И важно, что здесь институт признания сделок недействительными работает именно на защиту прав кредиторов. Должник находится в менее защищенном положении, поскольку многие обстоятельства предполагаются по умолчанию, требуя опровержения со стороны должника, а не доказывания со стороны кредитора.

Вместе с тем, не любой объем долгов и сопутствующие им условия позволяют возбудить дело о несостоятельности должника. Нужны основания – признаки банкротства. Хорошая и обширная практика наработана по делам о банкротстве юрлиц, а вот что касается обычных граждан – пока что их сделки в большинстве случаев оспариваются в гражданском порядке, а здесь суды чаще встают на сторону должников.

Оспаривание сделки вне процедуры банкротства

Доброго времени суток, излагаю ситуацию:
Банкрот-физик, процедура реализации имущества.
До процедуры банкротства должник получил по договору дарения дом от матери, взамен обязался ее содержать до конца жизни. Ввиду банкротства должник выполнять свои обязанности по содержанию не смог, соответственно у матери возникло желание дом вернуть и сделку оспорить. У матери для оспаривания основания есть — потенциальная недееспособность, кабальность сделки, возраст и многое другое.

Мать должника обратилась в районный суд, тот ей по ч. 1 п. 1 ст. 134 ГПК РФ и п.2 ст. 213.11 ЗоБ в принятии иска отказал, отправил в арбитраж.
По правилам ЗоБа оспорить сделку может арбитражный управляющий, конкурсный кредитор с 10% долга в реестре. Соответственно ни тем не другим она не является.

В п. 17 ПП ВАС О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сказано:

Заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности. При предъявлении в рамках дела о банкротстве заявления об оспаривании сделки по указанным основаниям иным помимо арбитражного управляющего лицом суд оставляет это заявление без рассмотрения применительно к части 4 пункта 1 статьи 148 АПК РФ.

Соответственно возникает вопрос — что делать в таких ситуациях?
Может у кого-то в практике встречалось, подскажите, заранее спасибо.

zizigozina

Пользователь

Пользователь

Егор Стволов

Помощник АУ

Анастасия666

Пользователь

Доброго времени суток, излагаю ситуацию:
Банкрот-физик, процедура реализации имущества.
До процедуры банкротства должник получил по договору дарения дом от матери, взамен обязался ее содержать до конца жизни. Ввиду банкротства должник выполнять свои обязанности по содержанию не смог, соответственно у матери возникло желание дом вернуть и сделку оспорить. У матери для оспаривания основания есть — потенциальная недееспособность, кабальность сделки, возраст и многое другое.

Мать должника обратилась в районный суд, тот ей по ч. 1 п. 1 ст. 134 ГПК РФ и п.2 ст. 213.11 ЗоБ в принятии иска отказал, отправил в арбитраж.
По правилам ЗоБа оспорить сделку может арбитражный управляющий, конкурсный кредитор с 10% долга в реестре. Соответственно ни тем не другим она не является.

В п. 17 ПП ВАС О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сказано:

Заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности. При предъявлении в рамках дела о банкротстве заявления об оспаривании сделки по указанным основаниям иным помимо арбитражного управляющего лицом суд оставляет это заявление без рассмотрения применительно к части 4 пункта 1 статьи 148 АПК РФ.

Видео (кликните для воспроизведения).

Соответственно возникает вопрос — что делать в таких ситуациях?
Может у кого-то в практике встречалось, подскажите, заранее спасибо.

Источники


  1. Практика адвокатской деятельности / Под редакцией Л.И. Трунова. — М.: Юрайт, 2016. — 748 c.

  2. Микешина, Людмила Диалог когнитивных практик. Из истории эпистемологии и философии науки / Людмила Микешина. — М.: Российская политическая энциклопедия, 2010. — 576 c.

  3. Марченко, М.Н. Общая теория государства и права. Академический курс в 3-х томах. Том 1 / М.Н. Марченко. — М.: Зерцало, 2002. — 546 c.
  4. Сю, Эжен Жертва судебной ошибки / Эжен Сю. — М.: Новелла, 2016. — 416 c.
  5. Фаградянц, И. Немецко — русский словарь — справочник. Переписка с официальными лицами и учреждениями: структура письма, образцы обращений, примеры писем; М.: ЭТС & Polyglossum, 2011. — 208 c.
Оспаривание мнимой сделки в банкротстве
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here